Молдова и Приднестровье против «Советской Молдавии»

Молдова и Приднестровье против «Советской Молдавии»

01 октября 2010  12:14

С момента прихода к власти в Молдавии партий Альянса за европейскую интеграцию и неизбрания полноценного президента страны, регулярно приходится слышать о каком-то глубочайшем кризисе в этой стране. Эпоха же правления Владимира Воронина, наоборот, характеризуется сплошь такими терминами как «устойчивость» и «стабильность». Так ли это на самом деле?

Разговоры о том, что ситуация в молдавской политике являются кризисом, — это просто тезис, запущенный в оборот русскоязычными медиа. К подлинному пониманию ситуации в Молдове он имеет мало отношения. Ни политические группы, оппонирующие коммунистам, ни лидеры АЕИ, отнюдь не считают происходящее «кризисом». В лагере оппонентов ПКРМ существует формула: «всё, что не правление коммунистов, — всё не кризис», и отчасти эта формула оправдана. В Молдове работает вполне легитимное и квалифицированное правительство, опирающееся на доверие чиновников МВФ, Румынии, Великобритании, США и других партнеров. Возможно, глядя из Москвы, может показаться, что в Молдове народ, словно немногим раньше в Украине, воспринимает политиков через призму доверия к ним со стороны Кремля. Между тем, доверие Бухареста и европейских инстанций в румыноязычной среде сегодня значит многое, а у коммунистов в этой плоскости вовсе нет каких-либо шансов. ПКРМ в регионе однозначно расценивается «игроком Москвы», и любые компромиссы с коммунистами означают потерю самостоятельности для любого политика.

Внутри правящего Альянса за евроинтеграцию (АЕИ) существует проблема первенства между Филатом и Лупу, и эта проблема обострилась в последнее время, но подобные противоречия не будут иметь значения в противостоянии коммунистам, которое в ходе кампании будет консолидированным. Сегодня у власти в Молдавии находятся силы, ориентированные на Бухарест и Брюссель, их опорой являются финансовые группы, конкурентом для которых является Воронинская ПКРМ, и компромиссы здесь исключены.

Когда в России того, или иного молдавского политика записывают в «Януковичи», тем самым предпринимается попытка вбить клин в нутро Альянса, но занятие это практически бесперспективное. Быть своим «Януковичем» в Молдове стыдно, да и занята эта ниша Ворониным, он держит её достаточно цепко.

Лупу, Филат, Урекян и Гимпу могут по-разному относиться к истории или проблеме самоидентификации, но они солидарны в реализации идеи проевропейского вектора Молдовы. То, что важно для Москвы, — а именно, — вхождение Молдовы в Таможенный союз, — не интересует ни лидеров Альянса, ни, что самое занятное, — коммунистов. ПКРМ, хоть и носится с красным флагом, напоминая о своем трепетном отношении к прошлому, но во внешней политике реализует ту же самую стратегию, что и АЕИ, лишь с меньшей степенью доверия к себе со стороны европейских партнеров. Идея Таможенного союза и прочей постсоветской интеграции вкупе с усилением роли Московской Церкви в жизни Молдовы продвигается единственным политиком — Валерием Пасатом, чей рейтинг далёк от любого намёка на успешность. Пасату пока не помогают ни биллборды в обнимку с Митрополитом всея Молдовы Владимиром, ни требования о введении православных уроков в школах. Очевидно также, что уровень медийной поддержки Пасату со стороны Москвы, в отличие от постоянной рекламы коммунистов, равен нулю.

Разумеется, налицо определенная конкуренция между политическими элитами РМ за «приднестровскую карту». При этом Воронин всегда воспринимался, в том числе и молдавскими избирателями, как поборник жесткой линии, «ежовых рукавиц», «объединителя земель» в духе Средневековья. В свою очередь АЕИ пытается добавить себе очков за счет стратегии «малых дел» и «гражданской дипломатии».

В России сегодня существует два подхода к ситуации в этом регионе. Часть российской элиты лоббирует создание на базе РМ и ПМР при доминировании коммунистов на обоих берегах Днестра — старой доброй «Советской Молдавии». Это что-то далёкое, крестьянское в телогрейках на полях с помидорами, но совершенно беспомощное, и оттого родное, — типа Киргизии. Однако у подобных инициатив и в самой Москве, в довольно высоких по степени влияния кругах, достаточно скептиков. Следует отметить, что вне зависимости от отношения к идеям интеграции ПМР и РФ, сторонники концепции «Советской Молдавии» в лице Тираспольских коммунистов, являющихся дочерним подразделением ПКРМ, и остальное приднестровское политическое большинство, эту концепцию не разделяющее — несовместимы ни под каким соусом ровно так же, как в Кишиневе члены АЕИ и ПКРМ. Эта несовместимость носит тотальный характер, буквально на уровне рефлексов. Она была впитана приднестровской элитой на основе личного опыта в том числе и на основе уголовных преследований со стороны Кишинева в период правления Воронина. В приднестровском сообществе отношение к коммунистам является определяющим всё для любого политика, кем бы он себя ни позиционировал изначально — красным, социалистом или гиперправозащитником. Лояльность к коммунистам — это лояльность к планам Москвы по строительству «Советской Молдавии», — в приднестровском сообществе однозначно трактуется как предательство идеи республики.

Совершенно аналогично, у филиала ПКРМ в Тирасполе и всевозможных, примкнувших к ним «Раскольниковых», исповедующих несмотря на несколько иную риторику те же самые идеалы «Советской Молдавии» — кругом на горизонте — политические «враги». И когда коммунистическая пресса на обоих берегах Днестра пишет о единстве взглядов АЕИ и приднестровской элиты, в части, касающейся отношения к чьим-то сомнительным планам построения «Советской Молдавии» эти взгляды, действительно, едины. На Днестре «Советская Молдавия» ни для кого не представляет интереса и не считается актуальной ни в РМ, и в ПМР. Подобная концепция вообще мало где востребована, кроме, разве что, в кругу тех людей в Москве, которые с религиозным азартом веруют в её действенность и «целебные свойства». Перспектива же победы коммунистов на противоположном берегу, и в Тирасполе, и в Кишиневе, наверняка будет расценена как личное поражение. Такие вот «свой своему поневоле».

На приднестровском направлении успехи Альянса, хоть и незначительны, но очевидны. В Тирасполе с содроганием вспоминают период пребывания Воронина у власти, и сегодня при содействии Евросоюза многие региональные проблемы, уходящие корнями в эпоху ПКРМ, постепенно решаются. При этом следует отметить, что чем ближе к решению каких-либо конкретных вопросов между Кишиневом и Тирасполем подходят представители сторон, тем более жесткой становится критика в адрес приднестровских властей со стороны влиятельных русскоязычных медиа. Синхронно в Кишиневе усиливается критика в адрес АЕИ со стороны СМИ воронинских коммунистов за, якобы, «сдачу территории Молдовы режиму Смирнова», то есть за излишние уступки «сепаратистам».

Структуры, поддерживающие идею реализации концепции «Советской Молдавии» странным образом солидарно «мочат» всех её оппонентов, в первую очередь таковыми сегодня считаются правящие элиты Кишинева и Тирасполя. С точки зрения пропагандистского аппарата, занимающегося построением «Советской Молдавии», нынешнее руководство Молдовы «вот-вот» введёт страну в состав Румынии, а Приднестровье в свою очередь сплошь кишит изъянами. Легенды и закошмаривания по поводу «воссоединения Молдовы и Румынии» вместе со всевозможными упреками в адрес приднестровского руководства, то по поводу «мазепинства», то по другим похожим неоднозначным темам, — всё это ни что иное как информационные ступеньки к построению «Советской Молдавии». Выходит так, что под натиском медийных ударов, молдавское и приднестровское руководство вынуждены идти на сближение, в то время как при нарочито «пророссийском» Воронине они решительно отдалялись. Такие вот парадоксы.

Итак, судя по контенту российских «первых кнопок», идея «Советской Молдавии» на данный момент в Москве является доминирующей. Отсюда — и постоянные «медитации» в СМИ по поводу «кризиса», и о ПКРМ Воронина — как о партии, гарантирующей те самые «устойчивость» и «стабильность», с которых мы начали экскурс в тему. Но не менее интересно, что думают о будущем региона другие игроки?

В Бухаресте и других европейских столицах подходы к решению молдо-приднестровского конфликта также различны. Кому-то кажется, что идея построения унитарной Молдовы в составе Евросоюза способна на определенном этапе увлечь приднестровцев. Ещё не окончательно ушла с повестки дня тема возможной федерализации Молдовы, против которой жестко выступает только Румыния. Однако вне зависимости от подходов к решению проблемы, универсальным для игроков является требование к России о выводе войск. Лишь Украина с приходом к власти Януковича стала выступать значительно мягче относительно миротворцев и ОГРВ.

Тем не менее, отношение к нынешнему формату миротворческой миссии является также одной из ключевых лакмусовых бумажек молдавского политикума. Если партии Молдовы разместить по разные стороны барьера согласно их представлению о будущем российского контингента, то с одной стороны окажется ПКРМ, готовая ещё какое-то время «потерпеть» российских солдат, а с другой — все остальные. При этом не следует забывать, что ПКРМ уже не раз давала понять, что подобное «терпение» небезгранично, а это значит, что в долгосрочной перспективе все виды российского влияния и присутствия в Молдове будут являться источником раздражения. Против подобного присутствия будет выступать любая политическая элита Кишинева. Даже в том случае, если она будет хоть в малом, хоть в крупном, чем-либо обязана Кремлю.

Роман Коноплев, директор Аналитического бюро «Consulting Mobile»

Terrawww.terra.md

+1
Поделиться
Запинить
Класснуть
Зацени-ка

Комментарии